Новости

Хозяева Донбасса начали рейдерский захват угольных шахт России

Пятница, 22 февраля 2013

Пока российские магнаты взяли за моду выяснять отношения в суде Лондона, их украинские коллеги вполне довольствуются российскими провинциальными судами. Один из последних примеров этого — резонансное решение Арбитражного суда Кемеровской области от 22 ноября 2012 года по арбитражному делу № А27-20441/2012, принятое судьей Кулебякиной, по заявлению гражданина Украины Геннадия Васильева, о принятии обеспечительных мер в виде запрета совершения каких-либо юридически значимых действий компаниям, входящим в промышленную группу бизнесмена Виктора Нусенкиса и находящимся на территории Кемеровской области, а также наложение ареста на принадлежащие московскому ООО «Интерконсалтинг» доли, паи и акции в вышеназванных компаниях.

Опыт старый, мысль новая

В абсолютно идентичной ситуации, 21 июня 2011 года Донецкий окружной административный суд полностью удовлетворил исковые требования ПрАО Донецксталь — металлургический завод и отменил решение ГКЦПФ о наложении ареста на операции с паями, долями и акциями ПрАО Донецксталь. Судебное решение ознаменовало новый виток в противостоянии предпринимателя Виктора Нусенкиса с бывшим прокурором Донецкой области, а впоследствии и генеральным прокурором Украины Геннадием Васильевым. Затяжной конфликт длится уже несколько лет и по большому счету может рассматриваться, как противостояние двух поколений украинской политической элиты.

По большому счету, Нусенкис и Васильев представляют собой два типа хозяйствования, отличающие «старых донецких» от «новых». Нусенкис, имевший опыт управления угольными хозяйствами еще с советских времен, имеет стратегическое видение развития бизнеса, которое осуществляется по достаточно прозрачным схемам. В этом он похож на старых управленцев региона вроде директора шахты имени Засядько экс-премьера Украины Ефима Звягильского, сумевших сохранить предприятия, которые они возглавляли при коммунистическом режиме, вписать их в современные экономические реалии и даже расширить бизнес, в том числе и за пределы Украины.

Так, Нусенкису удалось приобрести ряд российских предприятий, в частности, ОАО «Шахта «Заречная», поставляющее 90% добываемого угля на экспорт в 12 стран мира и ООО «Шахтоуправление Карагайлинское», реализующее оцененный более чем в 14 млрд рублей проект по строительству шахты, обогатительной фабрики и углепогрузочного комплекса, в том числе, на кредит «Газпромбанка» на сумму более 10 млрд рублей в долларовом эквиваленте. А также ОАО «Шахта «Алексиевская» и ОАО «Шахта Сибирская». Всего же на сегодняшний день, российская часть Группы включает в себя более 50 компаний: горнодобывающие и обогатительные предприятия, машиностроительная группа, сельскохозяйственный блок, дорогостоящую недвижимость в Москве и Московской области. Все они объединены в единую акционерную структуру и управляются единой командой менеджеров Группы. Капитализация предприятий российского блока Группы по самым скромным подсчетам составляет $1,5 млрд. Стоит отдельно упомянуть и о большом вкладе Нусенкиса в реализацию социально-духовных и благотворительных проектов на территории России.

В результате не только в Украине, но и в России Нусенкис превратился в крупнейшего игрока на угольном рынке с успешным и стабильным бизнесом. Во всяком случае, достаточно успешным для того, чтобы на него положил глаз типичный представитель «новых донецких» — бывший Генеральный прокурор Украины Геннадий Васильев, чья биография, как и у большинства ему подобных, очень далека от какой-либо производственной деятельности.

Прокурорская жизнь удалась

Геннадий Васильев всю сознательную жизнь провел на госслужбе, карательной и депутатской — вначале на разных прокурорских должностях (в 1991 – 1998 годах возглавлял с небольшим перерывом прокуратуру Донецкой области, а в 2003 – 2004 годах дорос даже до поста Генерального прокурора Украины), занимал и парламентский пост вице-спикера Верховной Рады (в 2002 – 2003 годах). Геннадий Андреевич каким-то образом оказался в третьей десятке списка самых богатых украинцев. О том, как прокурорский работник вдруг сколотил капитал, оцениваемый в 550 миллионов долларов, стал обладателем квартиры в центре Киева стоимостью более миллиона долларов и не менее дорогостоящего дома в Донецке, написано достаточно много. Начал свою трудовую деятельность с «крышевания» бизнеса крупного уголовного авторитета Донбасса Ахата Брагина (Алика Грека), но вскоре и сам занялся отъемом чужого имущества, используя боевиков все того же Брагина. Тактика была достаточно примитивная: под давлением прокуратуры в состав учредителей предприятий входили нужные люди Васильева, которые со временем просто перерегистрировали бизнес-структуры на себя.

Особо отличался в деле подобного отъема бывший помощник Васильева, а ныне первый замглавы Антимонопольного комитета Украины Рафаэль Кузьмин — брат нынешнего заместителя генпрокурора Украины и владелец компании «Агроспецмонтаж». В свое время Геннадий Андреевич Васильев развалил дело о полученной Кузьминым взятке, и с той поры Рафаэль Измайлович стал его надежным деловым партнером. За короткое время Васильев с Кузьминым стали владельцами самых разнообразных предприятий в Донецкой области: от заводов по производству кирпича и по переработке комбикормов до предприятий пищевой промышленности, банка «Донеччина» и футбольного клуба «Ягуар».

В некоторых случаях обходились даже без внедрения своих людей, присваивая чужое имущество, просто фальсифицируя документы. Классическим примером такой операции стала деятельность ООО «Компания «Святая Дева Мария». По учредительным документам эта структура должна была заниматься благотворительностью, оказывая помощь храмам, но при этом за благотворительные взносы занималась строительством контролируемого васильевскими рынка в Донецке. Когда совладельцы организации попытались поинтересоваться, на что же пошли их деньги, прокурор просто переписал заново учредительные документы общества, выбросив из них фамилии своих главных спонсоров.

Несколько журналистов, попытавшихся поднять вопрос о деятельности прокурора, сами оказались под судом, один из них — Владимир Бойко, чуть не лишился квартиры, которую пытались у него отнять по фальшивому исполнительному листу. Уже став генеральным прокурором Васильев оказался замешан в скандале с попыткой приватизировать землю исправительно-трудовой колонии в Киевской области. При этом для пущей сговорчивости против руководителей ИТК были сфальсифицированы уголовные дела.

С победой на президентских выборах Виктора Ющенко, Васильев залег на дно, и снова активно вернулся к деятельности по отъему чужой собственности только с возвращением к власти в Украине донецких во главе с Виктором Януковичем. Не забыв давнего соратника, Виктор Федорович назначил его 28 апреля 2010 года заместителем главы президентской администрации, курирующим правоохранительные органы и силовой блок. И это назначение было истолковано как разрешение на вседозволенность. Изюминка конфликта между Васильевым и Нусенкисом в том и состоит, что экс-генпрокурор до президентских выборов–2010 не решался на какой-либо спор со своим российским партнером (а Виктор Нусенкис еще в 1998 году принял гражданство России и постоянно проживает в своем доме в Подмосковье).

Зато сделал это в 2011 году, когда завершился процесс становления режима Виктора Януковича, надеясь, что формула «Будь «регионалом» — защити свой бизнес», сработает в его пользу. Назначение было воспринято Васильевым как разрешение на любые рейдерские действия. И вот тогда-то и началась череда судебных процессов, которая докатилась ныне до Кемерово.

Однако в самой Украине, забегая несколько вперед, президент Янукович отреагировал на спор Васильева с Нусенкисом — одним из ведущих официальных спонсоров близкой Януковичу Русской Православной церкви — весьма неожиданно для экс-генпрокурора. В январе 2011-го Васильев был лишен должности заместителя главы Администрации Президента по вопросам координации правоохранительных органов и оборонной политики. Якобы в связи с переходом на работу в Верховную Раду Украины. Летом 2011-го он был уволен и с должности члена Совета по национальной безопасности и обороне Украины (СНБОУ).

Таким образом, Янукович публично отстранился от Васильева. Но это совершенно не значит, что президент и экс-генпрокурор не «сверяют часы». Тем более, что спор Васильева и Нусенкиса может быть использован как разменная карта в большой политической игре.

Стальные заморозки

Надо сказать, что рейдерские действия Васильева были небезупречными. Экс-генпрокурор Украины, предпринимая свои действия, не мог предоставить никаких документов, подтверждающих его право собственности на концерн «Энерго», из которого выросли холдинги «Донецксталь» и «МПО «Кузбасс», принадлежащие Нусенкису. Виктор Нусенкис, давая пояснения в суде города Никосия (Кипр) впоследствии заявит:

«Утверждения Васильева в иске о том, что мы являлись полноправными партнерами, а пись-менных документов (акционерных соглашений либо соглашения о собственности) не было заключено по причине политических рисков и нестабильной ситуации на Украине, не вы-держивает никакой критики.

Письменных договоренностей не было, поскольку подобных договоренностей не было в принципе, ни в какой форме, что подтверждается следующим:

Соглашение могло быть подписано без указания фамилии Васильева, в одном экзем-пляре, который бы находился только у него. Это, с одной, стороны защищало бы его от поли-тических рисков, а с другой стороны, выполняло бы главную функцию – описывало бы, на какие активы и на каких условиях Васильев может претендовать;

Письменное соглашение, если бы о нем когда-либо велась речь и были договоренно-сти, могло быть подписано не в Украине, а в любой Западной стране, и не между физически-ми лицами, а между компаниями, бенефициарами которых выступали бы стороны (либо их представители, например жена Васильева – Лариса Васильева, как это и было сфабриковано в подписанных 07.12.2010 г. соглашениях, когда Васильев занимал высокую должность Заме-стителя руководителя секретариата Президента Украины);

На разных этапах построения бизнеса у меня появлялись бизнес-партнеры. При этом соблюдался мой основной принцип – не принимать в уже существующую собственность но-вых сособственников, потому что подобный подход приводит к конфликтным ситуациям и развалу бизнеса. Поэтому сотрудничество с партнерами сводилось к локальными новым проектам. Например — Шахта «Новая» (Россия), порт в Вентспилсе (Латвия), Т-Машинери (Чехия) и т.д.

В таких случаях, всегда подписывался полный набор юридических и финансовых до-кументов (акционерные соглашения, учредительные договоры, меморандумы о сотрудниче-стве и т.д), описывающих все детали партнерства, а именно: управление проектом, финанси-рование проекта, распределение прибыли, контрольные функции, условия выхода из бизнеса и т.д.

Никто из топ-менеджемента Группы никогда не знал о наличии какого-либо второго акционера, а до 2002 года о каких-либо взаимоотношениях с Васильевым;

Ни один из представителей Васильева никогда не входил ни в один орган управления Груп-пы» (сохранен формат оригинала).

Казалось бы – все ясно: не имеет Геннадий Васильев никакого участия в группе компаний Нусенкиса. Но как оказалось, ему это и не нужно. Тактика Васильева сводится к тому, чтобы нанести максимально чувствительный материальный урон своему оппоненту. А там, глядишь, он и сам откажется от какой-то части своего бизнеса.

Следствием подобной тактики стало решение государственной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку Украины в 2011 году заморозить обращение акций 12 компаний, имеющих отношение к группе «Донецксталь». Решение украинского регулятора было принято совершенно диким образом: на основании запроса депутата Верховной Рады от Партии Регионов Дмитрия Шпенова, в котором не было приведено никаких доказательств права собственности Васильева на часть в концерне «Энерго». Но это не помешало комиссии уже на следующий день заморозить акции предприятий, даже не поставив в известность их руководство.

Правда Васильев так и не смог ничем, кроме письма депутата Шпенова, доказать свои права собственности, и уже через два месяца суд отменил решение ГКЦБФР Украины, но главная цель была достигнута: владельцам «Донецкстали» была продемонстрирована возможность влиять на их бизнес через фондового регулятора. Кроме того, даже кратковременное замораживание оборота ценных бумаг принесло структурам Нусенкиса вполне ощутимый материальный ущерб, а инвестиционной привлекательности Украины изрядный репутационный урон. Из-за решения ГКЦБФР капитализация Ясиновского коксохима, которая составляла 908 млн грн, в один день рухнула на 35,12%, а шахтоуправления Покровское – на 45,22%. В общей сложности капитализация публичных компаний «Донецкстали» за день упала почти на $200 млн. (в настоящий момент данное решение ГКЦБРФ отменено решением Донецкого окружного административного суда).

Греки помнят Пирра

Не удачи на Украине не не снизили оптимизма Васильева в его притязаниях на собственность Нусенкиса.

География судебных исков расширилась на Кипр и в Россию, где Васильев обнаружил нового союзника — грека грузинского происхождения Константиноса Папунидиса, бывшего доверенного лица и номинального держателя акций Нусенкиса в ряде оффшорных компаний. В принципе, должность доверенного лица (trustee) — она чем-то сродни профессии зиц-председателя, но Васильев порекомендовал ему и его греческим приятелям объявить себя реальным, а не номинальным собственником ряда предприятий «Донецкстали». Специфика кипрской правовой системы не требовала четких доказательств права собственности, поэтому кипрский судья по заявлению Васильева принял решение заморозить активы Нусенкиса (в настоящее время данный судебный приказ отменен решением все того же окружного суда города Никосия от 7 декабря 2012 года, но наложен вновь, уже другим судьей, в конце декабря 2012 года). Чтобы оценить уровень доказательной базы, с которой партнеры обратились в суд, стоит отметить только один факт: Васильев мотивировал свои права на активы «Энерго» тем, что он в свое время защищал холдинг от рейдеров, — как будто не в этом заключаются основные обязанности прокурора! К слову, этим судебным процессом Васильев оформляет и явку с повинной в тяжком преступлении – как госслужащий он не имел права совмещать свою деятельность на посту прокурора с предпринимательством, не нарушив статью уголовного кодекса о злоупотреблении служебным положением.

Решение кипрского суда понадобилось Геннадию Андреевичу в первую очередь для борьбы за имущество Нусенкиса в России, и в октябре 2012 года он обратился с иском в Арбитражный суд города Москвы о принятии обеспечительных мер по отношению к имуществу ряда российских предприятий Виктора Нусенкиса. Впрочем, московский арбитражный суд на заседании 15 октября 2012 года ответил украинскому прокурору отказом. Решение апелляционной инстанции Москвы также отвергло притязания Васильева. Надо сказать, что в это же время Васильев старается возбуждать не только административные, но и уголовные дела в отношении сотрудников Виктора Нусенкиса. Таким образом, в Следственный комитет Кемеровской области было передано требование возбудить уголовное дело против гендиректора объединения «Кузбасс» Виктора Шевцова, который якобы нанес Васильеву ущерб, передав 98,79% акций управляющей компании «Заречная» фирме «Интерконсалтинг». Поскольку и «Кузбасс», и «Интерконсалтинг» на 100% принадлежат Нусенкису, совершенно непонятно, каким образом переход шахты от одной управляющей компании к другой мог нанести ущерб Васильеву?

При всей абсурдности обвинения, в украинской правовой системе судьба директора управляющей компании, вступившего в конфликт со столь могущественным игроком, скорее всего, была бы печальной. Но в России влияние и связи Васильева стоят не так много, и следователь Валентина Матвеева абсолютно справедливо отказала в возбуждении уголовного дела «в связи с отсутствием в деянии Шевцова состава преступления». Но через несколько недель, 4 февраля 2013 года та же Валентина Матвеева повернула собственную позицию на 180 градусов. Уголовное дело все же возбуждено по статье 201 части 1 УК РФ. Кроме того, компании номинала Папунидиса «Салеси» и «Индтек», используемые как инструмент рейдерского проникновения, вдруг оказались в глазах следователя жертвами неких «противоправных действий». И к тому же – акционерами, заплатившими почти 60 млн рублей за акции МПО «Кузбасс». При том, что доподлинно известно: никакие деньги ими не выплачивались.

Что так повлияло на лейтенанта юстиции Матвееву, можно лишь гадать. Однако шахтёры «Заречной», направившие официальные письма в Следственный комитет, Генеральную прокуратуру и Высший арбитражный суд, меж собой высказываются с рабочей прямотой: коррупция. Сговор чиновников с частными рейдерами, итогом которого должна стать прибыль с захваченных и проданных предприятий «Кузбасса». Начиная с «Угольной компании «Заречная».

Возбуждение 4 февраля уголовного дела N 13020260 наложилось на другое достижение Васильева — Определение арбитражного суда Кемеровской области от 22 ноября 2012 года по делу А27-20441/2012. Судья Елена Кулебякина приняла тогда обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущественные активы компаний Виктора Нусенкиса, территориально расположенные в Кемеровской области и ООО «Интерконсалтинг» в Москве. Однако юристами Нусенкиса была подана апелляционная жалоба, которая назначена к рассмотрению 7-м Арбитражным апелляционным судом на 4 марта 2013 года. И тогда победа Геннадия Васильева может оказаться пирровой. Дело в том, что российский суд принял решение на основании судебного приказа кипрского суда, который сам же кипрский суд поначалу отменил. Таким образом, создалась странная ситуация, при которой Арбитражный суд Кемеровской области принял судебный акт, в основании которого положен недействующий на тот момент акт иного суда!

Не говоря о том, что и перспективы дальнейшего судебного разбирательства на Кипре выглядят для Васильева отнюдь не блестяще. Причем, что самое любопытное: даже совершенно абстрагируясь от сути иска, поражает полнейшее неумение его составителей. Он просто безграмотно составлен. Чего стоит хотя бы такая фраза. Изложенная в письменных Пояснениях Костаса Папунидиса: «я знаю, что 50% концерна «Энерго» должно принадлежать Геннадию Васильеву». Юридический язык предполагает максимальную точность высказывания – и фраза «должен принадлежать» совершенно не равноценна слову «принадлежит», а скорее вызывает сомнение в фактической принадлежности. Причина такой осторожности бывшего номинального владельца в том, что он понимает – давая ложные показания под судебной присягой, он и подконтрольные ему номиналы совершают преступление. Причем преступление, способное вызвать тектонические последстви – вплоть до ухода русского бизнеса из Кипра как юрисдикции, переставшей считаться надежной и безопасной для сохранения активов.

Или, например, утверждения Геннадия Васильева, что «после 2005 года ему стали давать меньше информации о деятельности концерна «Энерго», при этом ни ранее, ни впоследствии Васильев не определяет, а каков же был объем информации о деятельности концерна «Энерго», которую он получал до 2005 года… И это в письменных показаниях!

Ну и дальше, как же можно было двум суперквалифицированным юристам (один из которых – экс-прокурор Украины) так безнадежно не свести заготавливаемые заранее и подаваемые в суд в письменным виде показания!

По большому счету, постоянные фиаско Геннадия Андреевича Васильева в попытках отчуждения приглянувшихся ему активов на сегодняшний день демонстрируют полную неспособность украинских политико-бизнесовых кланов действовать в правовом поле за пределами собственного государства. В Украине верхушка давно уже изнежена своим фактическим всевластием, а государственное рейдерство стало нормой политической жизни в которую активно интегрированы как уголовные авторитеты, так и представители судов, и прокуроры. Привычные способы за рубежом себя, как оказалось, не всегда оправдывают. Если на помощь не спешат кулебякины и матвеевы…

Источник: moscow-post.com

Версия для печати Версия для печати

Комментарии закрыты